Опубликовано в газете «Уральский музей» за май 2005 года
В.Н.Мартынов, н.с. СОКМ
ОРУЖИЕ ПОБЕДЫ
В КОЛЛЕКЦИИ МУЗЕЯ
В оружейной коллекции СОКМ период Великой Отечественной войны представлен, пожалуй, лучше всего. Что, в общем-то, и понятно: это последняя наша большая война. Еще живы многие фронтовики. Холодного оружия той эпохи в музее немного: оно серьезного боевого значения уже не имело. Мало и крупногабаритной техники — для ее хранения нужны значительные площади.
Еще не так давно комплектование музейных фондов оружием эпохи борьбы с гитлеризмом проблемы не составляло. В фондовых документах значится: противотанковое ружье хранилось на хуторе в Волгоградской области. Другой хуторянин в районе Сталинградской битвы использовал ПТР как опору изгороди.
Случайные находки оружия этого времени в нашем городе редки, но все же бывают. В 1970—80-е годы школьники на улицах Свердловска нашли наган, немецкую каску (очевидно, привезенную кем-то из фронтовиков), корпус мины, изготовленный на Урале в военные годы.
Один из источников пополнения музея подобными предметами — дары участников войны и их потомков. Десятилетиями ветераны хранили на память о славном периоде своей жизни пистолетные кобуры, шлемофоны, изготовленный в прифронтовых мастерских самодельный нож… Нередко такие вещи связаны с именами очень известных людей — например, командира Уральского добровольческого танкового корпуса Г.С.Родина: кортик, бинокль, лупа, компас, трубка, зажигалка. Н.Мухаметханов передал в музей осколок, извлеченный из его тела лишь через 35 лет после ранения. Снарядная гильза, которая использовалась в годы войны в политотделе одной из уральских дивизий в качестве осветительного прибора, помогает представить фронтовой быт.
Посещая десятилетия спустя поля сражений, бывшие солдаты находили там и передавали в музей патроны, советские и немецкие каски, фрагменты оружия. Германский пистолет «парабеллум» обнаружен в Минской области, где действовала партизанская бригада «Дяди Коли».
На Урал фронтовики доставляли и землю с могил своих товарищей, погибших при освобождении советских городов — Белгорода, Евпатории и других. Иногда урнами для нее служили снарядные гильзы.
Сохраняли участники войны и трофеи. В.С.Сафронов в рукопашной схватке захватил эсэсовский кинжал с изображением головы кабана. Е.Г.Будницкий в бою под Ржевом — украшенный гравировкой штык-кинжал к германской винтовке. Один из алапаевских ветеранов передал музею японские складной перочинный нож и фляжку.
Пополнению коллекции оружия СОКМ способствовали также краеведы. Так, от В.Н.Наговицына получены солдатский ранец вермахта, унтер-офицерский кавалерийский штык к венгерской винтовке.
Некоторые предметы (например, две немецких винтовки системы Маузера) поступили из ликвидированного в 1946 г. Свердловского областного музея революции.
Воинские части, организации ДОСААФ передавали в музей устаревшее вооружение. В 1965 г. коллекцию пополнила партия оружия, в основном автоматического, из части, расположенной в чувашском городе Алатырь, родине создателя пистолет-пулемета Судаева. Несколько учебных винтовок, пулеметов, минометов получил музей от Свердловского областного комитета ДОСААФ.
В советские годы как нашим музеем, так и некоторыми общественными организациями велась активная работа по поиску материальных свидетельств великой войны. Музей посылал экспедиции в места знаменитых сражений, где проявили себя уральские части (например, 375, 153 — 3 гвардейская стрелковые дивизии) — под Волгоград, Белгород… Оттуда поступали десятки предметов военного назначения, принадлежавших как РККА, так и вермахту, армиям союзников Германии. Это части пулеметов, пистолет-пулеметов, пушек, штыки, траки гусениц и люки танков, каски, фрагменты боеприпасов, осколки, гильзы, канистры для горючего и масел, саперные лопаты. Есть патроны, обгоревшие при взрыве склада боеприпасов Красной Армии на берегу реки Аксай, в районе Сталинградской битвы. Нередко экспедициям музея передавали свои находки местные жители.
Конечно, сохранность того, что пролежало десятилетия в земле, оставляет желать лучшего.
В 1971 году следопыты Свердловского дворца пионеров подарили музею 20 единиц советского вооружения, найденного ими в районе г. Смоленска.
•Многое в деле достижения победы зависело от качества и количества оружия. То, которое унаследовали от царской армии, уже не отвечало требованиям времени. Процесс снабжения РККА оружием новых образцов начался задолго до войны и ускорился в ходе ее. Ранее в истории не наблюдалось другого такого короткого периода, за который было бы сконструировано и запущено в массовое производство столько оружейных систем. Коллекция СОКМ достаточно представительна, чтобы проследить этот процесс.
Иногда при перевооружении принимались ошибочные решения, которые затем приходилось исправлять в сжатые сроки.
Распространено мнение, что на первом этапе войны, когда советские бойцы стреляли из устаревших мосинских винтовок, гитлеровцы обрушивали на них шквальный огонь пистолет-пулеметов. На самом деле основным оружием вермахта оставался карабин системы Маузера, вполне сравнимый с нашей трехлинейкой. Скорострельность у обеих была невысокой, что обусловлено конструкцией затвора. В коллекции музея есть и наши винтовки, и немецкие. (В дальнейшем вместо «есть в коллекции музея» в ряде случаев будет ставиться знак *).
Винтовка Мосина образца 1891/30 гг.
Магазинная пятизарядная винтовка Мосина, поступившая на вооружение еще в 1891 г., несколько раз подвергалась модернизации, в последний раз — в 1930 г.* На ее основе в 1938* и 1944 г.* создали образцы карабинов, более удобных в бою. Ее производили до конца 40-х гг. и перестали использовать лишь в начале 60-х.
Карабин Мосина образца 1938 г.
Карабин Мосина образца 1944 г.
Карабин Маузера — результат модернизации в 1935 г. винтовки Маузера образца 1898 г., тоже пятизарядной.
И у нашей, и у немецкой винтовок были свои преимущества. Винтовка Мосина проще, дешевле в изготовлении и обслуживании, легка в освоении, прочна и надежна (качества, для условий России немаловажные). У винтовки и карабина Маузера, наряду с достоинствами (шахматное расположение патронов в обойме, гильза без закраин, более удачная конструкция штыка) имелись и недостатки: относительная сложность в производстве, бо’льшая стоимость. На ствол винтовки Маузера могла надеваться мортирка*, позволявшая стрелять гранатами на расстояние до 250 м.
Винтовка Маузера с мортиркой.
В большей степени, чем магазинные винтовки с их избыточно мощным патроном и низкой скорострельностью, потребностям тех лет соответствовали пистолет-пулеметы, стрелявшие пистолетными патронами, но очередями. Даже в период Великой Отечественной их в народе часто именовали автоматами, что с современной точки зрения неверно.
До Второй мировой руководство СССР, как и большинства стран, недооценивало пистолет-пулеметы. В 1939 г. их изъяли из РККА, считая оружием малоэффективным. Но во время советско-финской войны 1939 — 40 гг. нашим бойцам доставили много неприятностей мелкие отряды финских лыжников, оснащенные пистолет-пулеметами «Суоми»* с необычайно емким дисковым магазином (на 40 и 70 патронов). Это заставило нашу военную промышленность форсировать выпуск пистолет-пулеметов Дегтярева (ППД-34), для которых в начале 1940 г. по личному указанию Сталина срочно разработали дисковый магазин на 71 патрон по типу «Суоми». Чертежи «Суоми» советская разведка получила еще в 1933 г. Однако оказалось, что круглые диски, хотя и вмещают почти в три раза больше патронов, неудобны в использовании, очень дороги и трудоемки в производстве.
Финский пистолет-пулемет «Суоми».
Вскоре появился модернизированный вариант оружия — ППД-40.
В ходе войны практически все участвовавшие в ней страны использовали один или более типов пистолет-пулеметов.
Советский пистолет-пулемет ППД-40.
За полгода до войны в СССР приняли на вооружение пистолет-пулемет системы Шпагина образца 1941 года (ППШ-41*). Уже в ходе боевых действий его конструкция совершенствовалась. Первоначально ППШ-41 комплектовали дисковым магазином* от ППД-40. Затем — более удобным и дешевым секторным магазином на 35 патронов*. Простота и технологичность конструкции ППШ позволили организовать его изготовление на многих, в том числе и неспециализированных, заводах.
Советский пистолет-пулемет ППШ-41.
Еще более компактное, легкое и технологичное оружие — лучший пистолет-пулемет Второй мировой — удалось создать А.И.Судаеву в осажденном Ленинграде. Для его производства требовалось в три раза меньше времени и в два раза меньше металла, чем ППШ-41. В 1943 г. ППС-43* был принят на вооружение. Откидной металлический приклад обеспечивал компактность оружия. Легкий, портативный и безотказный в действии, ППС-43 особенно хорошо подходил для разведчиков, десантников, экипажей бронемашин. Пользовались им и солдаты стрелковых подразделений.
Советский пистолет-пулемет ППС-43.
В Германии в это время во всех родах войск вермахта применялся пистолет-пулемет МП-40 системы Фольмера, авторство которого народная молва приписала более известному Шмайсеру. В нашей коллекции есть ствол от MP-40. Этот пистолет-пулемет с магазином на 32 патрона и сравнительно низким темпом стрельбы (позволявшим экономить патроны) немцы называли лучшим в мире. Но имелись у него как достоинства, так и недостатки.
Германский пистолет-пулемет МП-40.
Например, из-за невысокой начальной скорости пули приходилось целиться значительно выше цели. В период войны советские пистолет-пулеметы оказались лучше иностранных.
Сложнее обстояло дело с личным оружием командного состава РККА. Доставшийся от царской армии семизарядный револьвер системы Нагана образца 1895 г.* морально устарел уже через 5 лет после принятия на вооружение. Конечно, ему были свойственны надежность, хорошая точность стрельбы. Но одновременно он был чересчур сложен, медлителен при снаряжении и имел недостаточно мощный патрон. Быстро заменить его более совершенным оружием не удалось, и наганы широко использовались до конца войны. Их выпуск был прекращен только в 1950 г.
Револьвер Нагана образца 1895 г.
В 1926 г. в массовое производство был запущен первый образец короткоствольного самозарядного оружия — восьмизарядный автоматический пистолет ТК-26* (Тула-Коровин, образца 1926 г.). Он выпускался до 1934 г. Им снабжали правоохранительные органы и средний командный состав РККА. И хотя к началу 30-х гг. он был уже сильно устаревшим, его продолжали использовать еще многие годы.
Пистолет ТК-26.
В 1930 г. армия получила разработанный Ф.В.Токаревым восьмизарядный автоматический пистолет ТТ*, призванный заменить наган. После модернизации в 1933 г. его производили до середины 50-х гг. Мощный патрон и достаточно большая длина ствола обеспечивали высокую убойную силу при хорошей кучности боя. Но надежность ТТ была невысокой. В годы войны ТТ являлся основным личным оружием офицеров и генералов Советской Армии.
Пистолет ТТ.
Казалось бы, воевать с пистолетом против бронетехники — дело безнадежное. Но порой случалось невероятное.
Колонна из восьми танков, которой командовал уроженец Сысертского района Аристарх Иванович Крапивин, попала в засаду и была уничтожена во время боев в Румынии. Крапивин и еще пять уцелевших бойцов спрятались в кукурузном поле. В те времена командира, потерявшего почти всю свою часть, ничего хорошего, очевидно, не ожидало. Но обернулось по-другому. Когда мимо шла колонна из 20 немецких танков, красноармейцы заметили, что люк последнего открыт. Прыгнув на броню, Крапивин из пистолета перестрелял экипаж. Затем, воспользовавшись захваченным танком, крапивинцы подбили еще 4 вражеские машины. Аристарх Иванович стал Героем Советского Союза.
Танкисты в те времена предпочитали устаревшие наганы, так как защищенный массивным кожухом ствол ТТ не пролезал в бойницы танка. Но в данном случае кожух помехой не являлся.
В германской армии еще с 1908 г. оставался на вооружении выдающийся для своего времени, но дорогой и сложный по конструкции восьмизарядный автоматической пистолет «парабеллум»*. И хотя в 1938 г. появился более дешевый и надежный «Вальтер», изготовление парабеллумов прекратили лишь в 1947 г. «Вальтер» получали в первую очередь офицеры, а «парабеллум» до конца войны считался солдатским оружием.
Пистолет «парабеллум».
Пистолет «Вальтер».
•Основным станковым пулеметом РККА в начале войны был изрядно устаревший «Максим»* образца 1910 года.
Пулемет, первое оружие, стреляющее очередями, еще в 1884 г. сконструировал Максим Хайрем Стивенс. Демонстрируя его австро-венгерскому императору Францу-Иосифу, изобретатель очередями выбил на мишени его инициалы. В дальнейшем пулемет Максима совершенствовался. Но он оставался на 20 — 25 кг тяжелее иностранных образцов, часто выходил из строя, был сложен в производстве.
Приемлемую конструкцию станкового пулемета под винтовочный патрон удалось создать лишь в 1943 г. П.М.Горюнову. Его пулемет использует ленту на 200 или 250 патронов. Одним из мест, где проходил войсковые испытания будущий СГ-43*, стало Свердловское пехотное училище. Пулемет Горюнова в немалой степени способствовал успехам советских войск на завершающем этапе войны. Его модернизованный вариант (СГМ) применялся до середины 60-х гг.
СГ-43 прост, надежен, удобен, обладает удовлетворительной кучностью боя, задержки при стрельбе легко устраняются. Но он недостаточно маневрен — слишком тяжел.
Часть экспозиции СОКМ «Урал-фронту».
На переднем плане советское вооружение:
76,2 мм пушка ЗИС-3, пулемет СГ-43,
станковый пулемет «Максим».
В 1927 году приняли на вооружение пехотный вариант ручного пулемета системы Дегтярева (ДП*). Он сравнительно легок, удобен, прост по конструкции. На его изготовление требовалось в полтора раза меньше времени, чем на зарубежные образцы. В течение войны ДП использовался весьма широко.
Советский ручной пулемет Дегтярева (пехотный).
Применялись и его варианты. В 1928 г появился авиационный турельный ДА, затем ДА-2. В 1929 — ДТ* (Дегтярев танковый). В 1936 г. — десантный вариант. В 1944 — модернизованный ДПМ.
Главным отличием ДТ от ДП было наличие металлического выдвижного приклада и магазина на 63 патрона. В конце войны ДТ был модернизирован и далее выпускался под обозначением ДТМ (Дегтярев танковый модернизированный).
Основным пулеметом вермахта времен войны являлся МГ-34*. Его использовали как ручной, станковый, танковый и зенитный. Скорострельность его была больше, чем у советских пулеметов. Если МГ-34 наши солдаты называли хорошим пулеметом, то сменивший его в 1942 г. МГ-42 — отличным.
Немецкий пулемет МГ-34.
У артиллерии не всегда есть возможность сопровождать пехоту в бою. Отчасти восполнить ее отсутствие помогает «карманная артиллерия» — ручные гранаты.
РГД-33* (ручная граната Дьяконова образца 1933 года) — пожалуй, самая распространенная советская граната Отечественной войны, особенно первого ее периода. Она могла использоваться в оборонительном (гранату бросали из укрытия) и в наступательном вариантах. В первом случае на корпус надевался чехол («рубашка»), который давал до 2400 осколков, в несколько раз увеличивал радиус их разлета и убойное действие. Для борьбы с танками РГД-33 связывали по 3 – 5 штук.
Граната РГД-33.
Но РГД-33 была сложна по конструкции, что мешало наладить ее массовое производство в военное время. Ее ручка и корпус хранились отдельно, и это создавало сложности в бою. Для подготовки гранаты к применению требовалось слишком много действий.
В 1942 году появилась безотказная, чрезвычайно простая по устройству и несложная в изготовлении осколочная ручная граната РГ-42* конструкции С.Г.Коршунова с новым запалом, ставшим впоследствии унифицированным запалом для ручных осколочных гранат. Освоить ее выпуск могла любая мастерская, имевшая штамповочное оборудование и точечную сварку. Она служила для поражения живой силы противника в наступлении и обороне. В корпусе помещена предназначенная для увеличения количества осколков насеченная на квадраты металлическая лента, свернутая в 3-4 слоя. РГ-42 состояла на вооружении до 80-х гг.
Граната РГ-42.
Незадолго до войны советское руководство распорядилось прекратить производство противотанковых ружей, а также пушек калибра 45 — 76 мм., полагая, что справиться с мощной броней новейших германских танков способна только тяжелая артиллерия. Но первые же бои показали: немцы использовали как современные, так и устаревшие легкие, в том числе трофейные, танки. В то же время неповоротливые крупнокалиберные пушки не всегда могли сопровождать стрелковые части, оставляя их беззащитными перед танковой атакой.
В июле 1941 года, правительство поручило спроектировать противотанковые ружья В.Дегтяреву и С.Симонову, которые представили образцы всего через две недели. Оба ружья стреляли бронебойно-зажигательными пулями калибра 14,5-мм со стальными или металлокерамическими сердечниками. (Такие патроны появились в СССР в 1938 г.) Наши конструкторы сумели выбрать оптимальный калибр, обеспечивавший как достаточную эффективность, так и возможность переносить ружье силами всего двух человек.
Простота и технологичность ПТРД* позволяли быстро развернуть массовое производство, поэтому его в первую очередь и начали выпускать. Вплоть до 1943 года ПТРД могло поразить с близкой дистанции практически любой немецкий танк. Из противотанковых ружей стреляли также по амбразурам дотов, орудиям и даже по самолетам.
Советское противотанковое ружье ПТРД-41.
Затем приступили к выпуску симоновского пятизарядного магазинного ружья — ПТРС*. Оно на десять килограммов тяжелее, но зато обеспечивало скорость стрельбы до 15 выстрелов в минуту. Максимальная прицельная дальность стрельбы ПТРС составляла 1500 м. На дистанции 300 м. пуля ружья пробивала броню толщиной 35 мм. Из-за большей сложности выпуск ПТРС наращивался не столь быстро, как ПТРД.
С появлением у немцев танков с более мощной броней значение противотанковых ружей несколько уменьшилось, но они продолжали использоваться до конца войны.
Советское противотанковое ружье ПТРС-41.
Ни немецкие, ни венгерские и швейцарские ПТР, имевшиеся у противника, не шли ни в какое сравнение с нашими ПТРД и ПТРС.
Германское противотанковое ружье PzB 39* образца 1939 года, наиболее распространенное в вермахте, стреляло пулями винтовочного калибра 7,92 мм., но гильзу сделали более вместительной — с целью обеспечить высокую начальную скорость пули. Кроме твердого стального сердечника, в пуле имелась капсула со слезоточивым газом, который должен был заставить экипаж покинуть танк. Но в действительности капсула почти никогда не попадала внутрь танка даже в случае пробития брони.
Немецкое противотанковое ружье PzB 39.
Располагали немцы и более эффективными противотанковыми ружьями, однако те были слишком тяжелыми и громоздкими.
В конце войны вермахт получил противотанковые фаустпатроны — ручные одноразовые гранатометы.
После нападения гитлеровцев было возобновлено производство пушек калибра 76,2-мм, разработанных конструкторским бюро В.Г.Грабина. Выпускать их начали с 1941 года, на вооружение приняли в 1942. Благодаря высокой технологичности ЗИС-3* стала первым в мире артиллерийским орудием, поставленным на поточное производство и конвейерную сборку. Сталин назвал эту пушку шедевром артиллерийских систем. Грабин в воспоминаниях писал, что лучшую дивизионную пушку калибра 76 мм. создать в принципе невозможно. Она была лучшим орудием Второй мировой войны. При скорострельности до 15 выстрелов в минуту ЗИС-3 обеспечивала дальнобойность свыше 13 км. Ее можно было использовать против долговременных огневых точек противника, живой силы, танков и другой техники. Она стреляла разными типами снарядов. На дальности 500 м. бронебойный снаряд пробивал 70 мм. брони. Немецкие пушки этого периода превосходили орудия всех других стран за исключением СССР.
Наряду с нарезной артиллерией использовалась и гладкоствольная — минометы. Это оружие проще и легче, чем пушка. В 1938 г., еще до войны, в СССР на вооружение поступили (в числе других) минометы калибра 82 и 120 мм., которые затем несколько раз модернизовали.
82-миллиметровый миномет* стрелял минами весом 3,5 кг. на 2 —3 км. Его переносили 3 бойца. За войну четырежды подвергался модернизации. При этом минометы предшествующих образцов производились параллельно с модернизованными образцами.
Советский 82-мм батальонный миномет образца 1937 г.
120-мм миномет* конструкции Шавырина использовал мины весом 15,9 кг. при скорострельности 15 выстрелов в минуту и дальности 6 км. Модернизовался в 1941 и 1943 гг. Он перевозился на колесном ходу конной (четверкой лошадей) или механической тягой, а также в кузове грузовика в разобранном виде. Этот миномет был настолько удачен, что его конструкцию взяли за основу немцы. Его выпускали до последних дней войны.
Советский 120-мм полковой миномет образца 1938 г.
Германия также располагала минометным вооружением всех калибров. Но в музее есть только пятидесятимиллиметровые немецкие минометы.
Немецкий 50-мм миномет leGrWr 36.
Есть в музейной коллекции необычный предмет: миномет-лопата. Она была принята на вооружение Красной Армии в июле 1941 года. Лопату можно было использовать и по прямому назначению, и как оружие, стрелявшее на 300 метров тридцатисемимиллиметровыми минами весом около полукилограмма. Стволом служила ручка лопаты, а ее полотно — опорной плитой. Прицельные приспособления отсутствовали, поэтому стрельба велась на глаз. Низкая точность стрельбы, а также малая эффективность мин были основными причинами отрицательного отношения пехоты к этим минометам. Более успешно использовали минометы-лопаты парашютисты. Уже в конце 1941 г. это оружие сняли с производства.
Советский миномет-лопата.
Обучение стрельбе из миномета-лопаты.
В годы войны в СССР были разработаны реактивные минометы. Кроме «катюши» (БМ-13), существовали еще различные модификации БМ-8, БМ-13, БМ-31. Они различались калибром реактивных снарядов, типом пусковых установок.
Испытания легендарного реактивного гвардейского миномета БМ-13 закончились за неделю до войны. На пусковых установках стояла заводская марка «К» (Воронежский завод им. Коминтерна), из-за чего ее, очевидно, и прозвали «катюшей».
Нашим конструкторам удалось создать уникальную систему, опередив немецких, английских и американских инженеров. Мобильная установка давала возможность быстро выходить на огневую позицию и быстро покидать ее. Такая машина становилась практически неуязвимой.
Первая батарея «катюш» под командованием капитана И.А.Флерова в июле 1941 г. залпом семи машин стерла с лица земли железнодорожный узел Орша вместе с находившимся там фашистскими военными эшелонами. Позднее стали формировать полки реактивной артиллерии. Залпом полка живая сила и техника противника уничтожалась на площади свыше 100 гектаров.
Первоначально пусковая установка БМ-13 состояла из 24 направляющих, смонтированных (в поперечном положении) на базе грузовика ограниченной проходимости ЗИС-5. Залп раскачивал автомобиль, что ухудшало кучность стрельбы. Струи горячих газов повреждали элементы установки. Затем количество направляющих сократили до 16 и расположили вдоль автомобиля повышенной проходимости ЗИС-6. Машина передвигалась с довольно высокой скоростью (до 40 км/час). Наконец, пусковые установки стали монтировать на мощных грузовиках «Студебеккер», которые поставляли нам американцы по ленд-лизу.
Дальность полета снаряда М-13 калибра 132 мм достигала 8470 м, но наблюдалось весьма значительное рассеивание. В апреле 1944 гг. появился модернизированный вариант реактивного снаряда, получивший обозначение М-13-УК (улучшенной кучности). Хотя дальнобойность его немного уменьшилась, плотность огня возросла в 3 раза.
В таком виде БМ-13 и провоевала до конца войны.
Заряжают «катюшу».
В 1975 г. музей получил с мест боев в числе фрагментов военной техники рельсовые направляющие реактивной установки «Катюша».
Сотрудники музея стремились комплектовать фонды экспонатами, связанными с уральскими частями, в том числе с Уральским добровольческим танковым корпусом. Наряду с личными вещами танкистов, с их оружием в музей в 1967 г. поступил и Т-34.
Разработанный коллективом под руководством М.И.Кошкина средний танк Т-34 был запущен в серийное производство в декабре 1939 г. Он стал лучшим танком Второй мировой войны.
Экономичный дизельный двигатель машины определял высокую маневренность, давал запас хода до 300 км. при скорости до 55 км. в час. Широкие гусеницы обеспечивали отличную проходимость по пересеченной местности. Небольшие габариты, приземистость помогали маскироваться. От мощных наклонных бронелистов рикошетировала значительная часть снарядов. Он был вооружен двумя пулеметами и 76-миллиметровой пушкой, в первый период войны пробивавшей броню любого вражеского танка на расстоянии до 1000 м., в то время как немецкие танковые пушки не представляли для него серьезной опасности.
Лишь к 1943 году гитлеровцам удалось добиться преимущества, увеличив толщину брони «Тигров» и «Пантер», вооружив их стрелявшими на большее расстояние орудиями. Но уже в начале 1944 г. в войска стали поступать модернизированные Т-34 с дальнобойной 85-миллиметровой пушкой. Ежегодно в конструкцию Т-34 вносились тысячи улучшений. До самого конца войны Т-34 оставался непревзойденным.
Танк Т34-85.
Есть в музее и гусеница румынского бронетранспортера, найденная, наряду с румынской каской, в местах Сталинградской битвы.
Холодное оружие в период Второй мировой применялось лишь как вспомогательное. Ножи использовали, например, фронтовые разведчики.
Кортик образца 1945 года являлся элементом парадной формы офицеров и генералов. Это оружие связано не столько с борьбой за победу, сколько с ее празднованием. В коллекции СОКМ есть несколько кортиков, в том числе принадлежавшие командиру 375 стрелковой дивизии генерал-майору В.Д.Карпухину, командиру УДТК Г.С.Родину.
•Разработка и массовое производство оружия и боевой техники были бы невозможны без наличия у Советского Союза мощной оборонной промышленности, созданной в предвоенные годы.
За военные годы СССР выпустил значительно больше оружия, чем противник — порой в разы. Винтовок и карабинов произвели на 5 миллионов больше, чем в Германии. Пистолет-пулеметов — в 5 — 6 раз. Они стали самым массовым оружием Советской Армии, что оказалось очень важным для обеспечения победы. За этот период советская промышленность дала фронту 1515,9 тысяч пулеметов всех типов, немецкая —1048,5 тысяч. В СССР было изготовлено 400 тысяч противотанковых ружей, в т.ч. только на Ижевском механическом заводе — 131 тысяча. Один Приволжский завод дал 100 тысяч пушек ЗИС-3. Всего Советский Союз произвел за это время 482,2 тыс. орудий, Германия — 102,1 тыс. Минометов СССР за войну изготовил 351,8 тыс. шт., Германия — 73 тыс.
•На Урале оружие делали и в довоенные годы. В музее имеется комплект деталей предназначенного для артиллерийских снарядов взрывателя КТ-1 производства пермского завода имени Дзержинского, первым выпустившего опытную партию таких изделий. Взрыватель этого типа и его последующие модификации, простые по конструкции, легко осваивались промышленностью. В 1937 году КТ-1 был принят на вооружение.
Во время войны Урал стал кузницей оружия. Свердловск принял более 50 эвакуированных предприятий и наладил их работу. На военный лад перестроились и местные заводы. Даже в корпусе СОКМ на Малышева, 46 находилось оборонное предприятие. За четыре года Урал дал 40 % всей оборонной продукции.
Каждый второй снаряд делался из уральской стали. В коллекции СОКМ есть боеприпасы, произведенные в период войны на уральских заводах: Невьянском механическом, Верхне-Туринском, №№ 122 и 73 Свердловска и других. Это снаряды для «Катюши», корпуса артиллерийских гранат, мины, винтовочные гильзы. Головка авиационной бомбы весом 250 кг*. была изготовлена в 1944 г. на Уралмашзаводе. Двухсотпятидесятикилограммовые бомбы принадлежали к наиболее востребуемым, и за годы боевых действий их доля возросла в 6 раз.
Ижевский машиностроительный завод, выпускавший оружие еще до революции, в предвоенные годы был практически создан заново. В результате он дал такое количество винтовок и карабинов, которое не смогли изготовить все оружейные заводы Германии и ее союзников, и почти столько же, сколько произвели заводы США.
Из-за оккупации немцами части территории страны пришлось перенести производство танков за Урал, где возник огромный производственный комплекс, получивший название Танкограда. Он был основным поставщиком самоходных артиллерийских установок, произвел 60% средних и 100 % тяжелых танков. Всего за 1940 — 1945 годы в СССР было построено более 40 тысяч Т-34. В музее есть темплеты (образцы) брони танков и самоходных артустановок толщиной от 50 до 110 мм.
И сегодня Урал не сдает позиций, производя вооружение, пользующееся спросом, как в нашей стране, так и за рубежом.
Ефимов.
